АНАЛИЗ И ИНТЕРПРЕТАЦИЯ СНОВИДЕНИЙ В АНАЛИТИЧЕСКОЙ ПСИХОЛОГИИ К. Г. ЮНГА.

Аналитическая техника интерпретации сновидений – один из наиболее весомых вкладов, который К. Г. Юнг внес в современную психологическую теорию и практику. Представления Юнга о психологических функциях сновидения связаны с его идеями о структуре человеческой психики, отличной от фрейдовской модели. Если с точки зрения З. Фрейда психика представлена в образе молота (Ид) и наковальни (Супер-эго), между которыми находится Эго, а бессознательное является источником потенциальной и реальной угрозы, то у Юнга на этот счет были другие взгляды. Юнгианская модель психики иначе оценивает бессознательное, оно не представляет собой опасность, которая должна быть ограничена, а является огромным ресурсом и по своей природе индеферентно к вопросам добра и зла. Юнг детализируя бессознательное, большое значение придавал диалогу между Эго и бессознательным. В первые семь лет развития ребенка происходит выделение Эго из бессознательного. Механизмами такой дифференциации являются познавательные потребности. Возможность автономного передвижения и освоения пространства дает ребенку свободу, которая и является реализацией Эго и выделением его из бессознательного. Еще большим прорывом в реализации Эго для ребенка является овладение речью, способность говорить «нет» и развитие либидо. Ребенок становится способным реализовывать свое сознание. Процесс дифференциации Эго и бессознательного происходит до периода пубертата, когда бессознательное берет реванш, и для Эго возникает задача построения диалога с темными, могучими влечениями бессознательного. Когда мы говорим о диалоге между сознанием и бессознательным, то речь идет о сновидениях.
Сновидения представляют собой попытку интеграции сознания и бессознательного через диалог. Сделать бессознательное сознательным, с точки зрения Юнга, невозможно, так как энергетические возможности Эго значительно меньше, чем бессознательного. Возможен только диалог, который обеспечит творческую интеграцию личного опыта. Это не означает, что осознание материала бессознательного вообще невозможно, речь идет о том, что бессознательное – это океан такой глубины, вычерпать который не под силу, любое осознание охватывает лишь малую часть бессознательного. Формирование диалога позволяет выстроить схему взаимодействия сознания и бессознательного. Практически все уровни бессознательного (личное, родовое, коллективное) открыты к диалогу с Эго. Сновидение – естественный, доступный, не требующий усилий диалог сознания и бессознательного. Управляет этим диалогом бессознательное, сознание входит в контакт с тем, что ему предоставляет бессознательное.
Одну треть своей жизни сознание проводит в диалоге с бессознательным, но человек не задумывается к чему призывает его этот диалог. С точки зрения юнгианской психологии, сновидения являются посланием, предупреждением, предписанием и даже требованием бессознательного нашему сознанию. Юнг указывал на то, что сновидение проясняет ситуацию, «сновидение – это спонтанное само-изображение в символической форме реальной ситуации в бессознательном, оно дает материал, которого не хватало, и тем самым улучшает состоянии пациента» [7, с. 365]. Сновидения, содержащие в себе астенические переживания (страх, печаль, уныние), призывают сновидца остановиться, а сновидения, наполненные стеническими переживаниями (агрессия, веселье) – действовать.
Юнгианская точка зрения на аналитический процесс заключается в необходимости раскрытия личной истории бессознательной динамики и индивидуальных ограничений с сопутствующими переживаниями и проработкой неразрешенных комплексов. Личный материал рассматривается как имеющий универсальное ядро, которое происходит из коллективного бессознательного или «объективной души», которая является общей для всех, а ее открытие приводит к познанию общих характеристик личности и универсального опыта.
Сновидения содержат в себе послания из бессознательного на трех уровнях: личное, родовое и коллективное. Сюжеты сновидений на уровне личного бессознательного связаны с повседневностью (решение бытовых проблем, конфликты, знакомые фигуры из личного опыта).
Между личным и коллективным бессознательным находится родовое бессознательное – система влечений, чувств, смыслов, травм, которые передаются по родовой линии из поколения в поколение, от предков к потомкам биологическим путем при помощи генных структур. Родовая память организована в жизненные планы, жизненные сценарии, не осознается их носителем и работает на уровне выбора профессии, партнера, предпочитаемых болезней и т. д. Родовые сценарии бессознательные, могут быть как ресурсными, так и деструктивными. Человеку необходим осознанный выбор в наследии предков для того, чтобы он мог жить аутентично. На уровне родового бессознательного сновидец получает родовые послания, то к чему призывает родовая память. Большинство людей ощущают в себе родовые послания, но эти переживании, достаточно болезненные. Контакт с уровнем родового бессознательного осложняется еще и тем, что мы находимся по отношению к предкам в позиции ребенка. С родовым бессознательным, по мнению Юнга, контактирует «Архетип Внутреннего ребенка» наиболее важной частью, которого является «Инфантильно уязвимое эго» – наша уникальность. Родовые послания стремятся сделать наше уникальное Я типичным, родовым. Внутренний конфликт между двумя уровнями бессознательного «Инфантильно-уязвимым эго» и родовыми сценариями пытается найти свое разрешение в сновидениях. В сновидениях родовое бессознательное представлено сюжетами прошлых исторических времен, образами умерших родственников, исторических персонажей, национальных героев.
Пример из практики: женщине снится повторяющееся сновидение, в котором она видит себя в образе козака с саблей, борющегося с врагами. Исторический контекст сновидения говорит о том, что послание идет из родового бессознательного. Интерпретация: родовое послание говорит о том, что в семье ей необходимо занимать мужскую позицию, проявлять активность, смелость, решительность. Фрейдовская интерпретация этого сновидения была бы иной и скорее указывала бы на проблемы с реализацией своей женственности.
Юнг утверждал, что большая часть мировой мифологии и фольклора представляет собой проявления того, что он назвал коллективным бессознательным. Коллективное бессознательное содержит унаследованный нами коллективный опыт человечества, сохраняя его в форме архетипов (или прообразов), которые на бессознательном уровне предрасполагают нас к организации своего личного опыта тем или иным образом. Кроме того, Юнг утверждал, что архетипы с коллективного бессознательного формируют содержание наших сновидений, возникая в различных видах архетипических образов сновидений. Коллективное бессознательное – это пограничное состояние, где время, пространство и вечность едины, а разницы между прошлым, настоящим и будущим не существует. Коллективное бессознательное является резервуаром и актуального, и потенциального человеческого опыта, а также его компонентов – архетипов. Юнг придавал большое значение этому магическому уровню психики, считал, что он вечно будет основанием, из которого произрастает все остальное. Архетипические сюжеты сновидений связаны с фигурами вымышленными, космогоричными, мифологичными, сказочными героями не из личного опыта. Сновидения на уровне коллективного бессознательного представляют сюжеты смерти и возрождении, похищения, пленения, освобождения, победы над силами зла и т. д. На очень глубинных уровнях бессознательного люди не могут описать то, что они чувствуют. У детей до семи лет сновидения очень космогоричны, что указывает на связь с коллективным бессознательным, личное еще не слишком актуально. У взрослых сновидения больше связаны с личным и родовым бессознательным.
Функции сновидения с точки зрения юнгианской психологии:
Манифестация архетипов. Манифестация – предъявление сознанию архетипических символов. Архетипы – это не есть некая абстрактная конструкция, это, прежде всего, структура влечений. А всякое влечение стремится быть реализованным в реальном поведении. Архетипы описывают содержание и поведение объективной души. Как психосоматические структуры они являются врожденной способностью человека понимать, распознавать, организовывать и создавать опыт. Архетипы – это и биологически обусловленные паттерны поведения, и символические изображения этих паттернов. Они как глина, из которой должно слепить фигуру посредством личного опыта. Как трансперсональные структуры, являясь трансцендентальными «сущностями», архетипы могут быть доступны нашему сознанию только в символах.
Интерпретация диалога межу сознанием и бессознательным. Бессознательное, с точки зрения Юга, почти всегда устремлено в будущее, однако своей манифестацией погружает человека в прошлое. Контакт с бессознательным – это регресс, человек проваливается либо в инфантильное, либо в архаическое содержание. Для того, чтобы двигаться вперед, необходимо погрузиться назад, без регресса невозможен прогресс. Регресс – возвращение к истокам, символическая смерть для рождения нового. Сон – символическая смерть и рождение заново, сновидение – регресс и акт трансформации, который человек переживает каждую ночь. Во сне сознательное Эго не распадается, сон – не есть состояние небытия, это просто погружение сознания в другую реальность, где оно приобретает знания, необходимые для обновления и трансформации. Сновидение – временный переход в потусторонний мир.
Компенсация. Сновидение всегда носит компенсаторный характер. В состоянии сна наше Эго открыто посланиям бессознательного, так как барьеры сознания не работают и оно получает информацию, которую в состоянии бодрствования пытается игнорировать. Если человек запоминает содержание сновидения, это указывает на то, что бессознательное что-то требует, а сознание сновидца сопротивляется. «Теория компенсации – это основной закон психического поведения. Когда мы начинаем интерпретировать сновидение, всегда полезно спросить: Какую сознательную позицию оно компенсирует?» [7, с. 365]. Юнг указывал на то, что сознательная позиция, с одной стороны, и бессознательное в том виде, в каком оно проявляется в сновидениях, с другой, – всегда находятся в отношениях дополнения.
Проспективная функция. Метод интепретации сновидения как диалога сознания с коллективным бессознательным Юнг назвал методом амплификации. Суть метода заключается в сопоставлении и нахождении параллелей содержания сновидения с архетипическими, мифологическими, историческими, культурными сюжетами.
Этапы работы со сновидением методом амплификации:
Подготовительный этап. После представления сновидения анализанду предлагается свободно поиграть с различными символами или образами сновидения, чтобы подготовить почву для пробных интерпретаций смысловой картины сна.
Сбор ассоциаций сновидца и пробные интерпретации сновидения.
Обращение к архетипическим параллелям (мифам, легендам, сказкам, сходным по содержанию со сновидением) для понимания более глубоких уровней символики сновидения. С точки зрения Юнга, традиционные мифы заключают в себе определенную психологическую реальность или отражают определенные психологические процессы.
Собственно толкование сновидения как носителя важной информации из бессознательного, проведение параллелей с жизнью сновидца как диалог сознания и бессознательного.
Ритуал – совершение определенных действий, символически выражающих то, к чему призывает сновидение. Это помогает интегрировать бессознательное послание сновидения в сознательную активность индивида.
Юнг указывал на то, что сновидения могут быть истолкованы двумя способами:
– объективно как относящиеся к внешней жизненной ситуации сновидца;
– субъективно как репрезентации внутренней ситуации или процесса сновидца.
Кроме этого, Юнг отдавал предпочтение толкованию серий сновидений, а не какого-либо одного сна. В серии снов набор личных и архетипических символов можно увидеть в развитии, изменении и взаимодействии с другими символами и выделить устойчивые процессы.
Юнг выделял четыре части в структуре сновидения, близкие к структуре драмы: экспозиция, завязка, кульминация и разрешение. Экспозиция демонстрирует изначальную ситуацию сновидца, включает указание на место, основных участников, исходную позицию, проблемы, которые поднимаются в сновидении. Завязка предполагает усложнение сюжета, развитие начальной ситуации, увеличение напряжения. В кульминации происходит перелом, резкое изменение, нечто совершенно определенное, либо кардинально меняется ситуация. Разрешение демонстрирует результат случившегося действия, итог всего сновидения. Не у всех сновидений есть разрешение, но если оно есть, то это финальная ситуация.

Архетипические образы сновидений.
К. Г. Юнг выделил в бессознательном две части: индивидуальное бессознательное и коллективное бессознательное, которое он также называл объективной душой. Индивидуальное бессознательное формируется нашим личным опытом, а коллективное бессознательное представляет собой наследуемый нами коллективный опыт человечества. Это хранилище человеческого опыта существует в форме архетипов (или прообразов). Юнг утверждал, что большая часть мировой мифологии и фольклора представляет собой проявления коллективного бессознательного. Он обосновал это утверждение своим открытием, что сновидения его пациентов часто содержали образы, совершенно незнакомые им, но, по-видимому, отражавшие символы, которые могли бы быть обнаружены в мифологических системах мировой культуры. В дальнейшем Юнг обнаружил, что если бы он смог раскрыть определенное значение таких образов в культуре, их породившей, он мог бы лучше понять сновидения, в которых появляются эти образы. Процесс поиска таких значений он назвал расширением осознания.
Архетип самости – самый универсальный архетип, Божественное начало в человеке, формирует бессознательную основу для Эго – сознательного образа Я. В сновидениях самость может быть представлена различными способами, часто в форме круга или мандалы – графический символ, объект концентрации во время медитации. Термин происходит от слова manas, что в переводе с санскрита означает «разум» или, точнее, «вещество разума». К. Юнг использовал этот термин для обозначения одной из категорий символов – архетипических образов сновидений, время от времени появляющихся в снах. Юнг постулировал существование движения к самореализации и самоинтеграции, которое он назвал процессом индивидуации. Цель этого процесса была представлена архетипом самости, характеризующимся целостностью и завершенностью. Одним из конкретных проявлений этого архетипа является круг, и именно различные варианты образа круга были названы Юнгом мандалами. По Юнгу, символ мандалы появляется в сновидениях, когда личность находится в поисках гармонии и целостности, что часто происходит во время периодов кризиса и неуверенности. Самость также может быть представлена символами-заменителями, например, всевозможными сочетаниями четырех элементов (по Юнгу, число четыре символизирует целостность, а, следовательно, самость) – Юнг определил это как четвертичность.
Архетип персоны выступает посредником между Эго и социальным миром, это общественное лицо индивида, социальная маска, принятая им по отношению к другим людям. Персона состоит из множества элементов, часть из которых основывается на личных пристрастиях человека, а часть образуется на базе социальных ожиданий, связанных с данной личностью. В сновидениях персона представляется в образах тела, кожи, одежды, определенного имиджа или роли. Например, сновидения демонстрирующие отсутствие, утрату, приобретение, смену одежды или ее несоответствие ситуации, говорят о проблемах с персоной. Отождествление с персоной приводит к личностной инфляции, отчуждению ее от реальности, ее утрата – к сверхчувствительности и беззащитности, ригидность персоны – к низкой социальной адаптации.
Архетип великой матери представляет собой инстинктивную основу реализации собственного материнства или ситуацию, в которой человек является объектом материнского воздействия, а так же врожденную способность понимать и ощущать материнскую заботу и любовь, или ее потерю. Архетипическое представление ребенка о великой матери всегда отличается от его переживания реальной матери, так как оно является гораздо большим, чем может воплотить в себе реальная мать. Существует реальная мать, с которой мы находимся в определенных отношениях, наряду с этим существует образ матери в нашем сознании. Но, перелельно с этим в бессознательном существует архетипическое представление, сформированное тысячи лет назад о том, какой должна быть мать и оно дает ребенку понимание того, насколько поведение матери удовлетворяет его бессознательное представление о ней. Таким же образом, архетипическая символическая основа выражена в таких представлениях, как Великая богиня, Мать-церковь, Мать-природа, Смерть, Жизнь. Символами великой матери на светлом полюсе являются птица, река, море, постель, а на темном полюсе – собака, змея, ведьма, чудовище, паук. Если в сновидениях ребенка появляется архетип великой матери, то это означает, что в его отношениях с реальной матерью что-то не так и на это следует обратить внимание.
Архетип великого отца на светлом полюсе проявляется в сновидениях через символы начальников, правителей, властьимущих, лесов, гор, заводов, предприятий, на темном полюсе – мумии, зомби, чудовища, заброшенного здания. Архетипы предрасполагают нас к подсознательной организации наших личных переживаний определенным образом. Например, мы склонны воспринимать, определенного человека из нашего раннего окружения как отца, так как существует архетип отца. Если биологический отец отсутствует в период детства, другая фигура (например, старший брат) ассимилируется в этот архетип, поставляя конкретные образы для формирования комплекса отца (отражение архетипа отца в индивидуальном бессознательном).
Архетип анимы – автономное психическое содержание в мужской личности, которое условно можно назвать «внутренней женщиной» в мужчине. Женское начало персонифицируется в принципе Эроса, относящемуся к любви и наслаждению. Мужская влюбленность, творческое вдохновение, жизнелюбие, эмоциональность как психические состояния являются проекцией анимы. Символически анима представлена в сновидениях женскими фигурами от проститутки до богини мудрости Софии.
Архетип анимуса представляет мужские психические элементы, рацональное начало во внутреннем мире женщины. Персонификация мужского начала в женской природе носит название Логоса, представляющего способность к осознанию, познанию, рефлексии, постижению истины. Возникновение чувства любви у женщины есть проекция анимуса, чаще всего он обнаруживается в отношениях с эмоционально значимыми мужчинами. Символически «внутренний мужчина» в сновидениях женщин выражен рядом мужских фигур, начиная от сурового начальника, сексуального маньяка, террориста до святого.
Архетип тени – сплав личностных характеристик, о которых индивид не имеет никакого представления, которые попросту не осознает в себе, либо вытесняет и подавляет. Обычно тень содержит непривлекательные, неприемлемые, негативные для Эго стороны психики, влечения и желания, которые являются нашей аутентичностью и уникальностью. Психическая структура тень находит свое место между Эго и внутренним миром бессознательного, она наиболее антагонистична обществу, правилам морали, является источником наших конфликтов. Переживания страха, стыда, тревоги, агрессии, вины – это проявления нашей тени. Диалог с тенью снимает внутреннее напряжение и разрешает конфликт. В сновидениях тень представляется в образах преступников, бродяг, бомжей, цыганей, прелюбодеев. При работе с Архетипом тени необходимо войти с ним в диалог, сопоставить со своими целями и использовать как источник энергии.
Архетип героя. В большинстве традиционных обществ существует одна или несколько героических фигур. Существование образа героя в мировых культурах привело К. Юнга к мысли о том, что этот образ является универсальным архетипом. Герой, по его представлениям, воплощает стремление каждой личности к достижениям, самореализации и самопознанию. Поэтому сновидения, в которых мы видим себя бесстрашными героями, сражающимися с чудовищами в фантастических битвах, могут отражать вполне земные баталии нашей повседневной жизни.
Архетип мудрого старца (или мудрой старушки) по определению Юнга представляет собой изначальную энергию, которая может способствовать личностному росту и преобразованию или, напротив, разрушению и дезинтеграции личности. В своих наиболее позитивных проявлениях этот архетип появляется в сновидениях как многомудрый проводник, который ведет человека в его поисках личностного роста, духовного знания или самоактуализации. Почти любая авторитетная фигура – министр, учитель, врач, родитель – может быть проявлением этого архетипа.
Архетип божественное дитя является олицетворением преобразующей силы, движущей нами на пути личностного роста, названного Юнгом процессом индивидуации. Этот архетип также является символом нашей самости, в противоположность ограниченному представлению о своей индивидуальности, которую Юнг назвал Эго или ограниченной личностью нашего детства. Архетип божественное дитя не следует путать с так называемым внутренним ребенком, представляющим собой детскую личность, которую мы приносим в жертву на алтарь взрослости. Архетип божественное дитя часто воплощает в себе творческую, играющую сторону нашего Я, что проявляется в сновидениях в образе полностью сформировавшегося ребенка, владеющего навыками ходьбы, речи, игры и т. д.
Архетип трикстера. Одним из широко известных персонажей мировой мифологии является трикстер (плут), могущественный дух или божество, которому доставляют наслаждение всевозможные шутки и проказы. И хотя на самом деле трикстер не злой дух, последствия его проказ часто не очень приятны. В сновидениях Архетип трикстера может проявляться в образе клоуна или другого персонажа, высмеивающего наши амбиции или выставляющего напоказ то, в чем мы обманываем себя. Этот же архетип может проявляться в менее приятных формах, портя нам удовольствие от сновидения и приводя картину сновидения к хаосу. Поскольку трикстер является зачинщиком всевозможных перемен, он также воплощает символ трансформации.
Архетип блудницы – символ неудержимой погони за мирскими благами, тотальная меркантильность, эгоцентризм, гордыня, неразборчивость в средствах ради получения выгоды.

Список использованной литературы:
1. Даунинг Д. Марморштейн Р. Сны и кошмары: истории из практики гештальт-терапевта / Д. Даунинг, Р. Марморштейн; пер. с англ. Г. Пимочкиной. – М. : Апрель Пресс, изд-во «Эксмо», 2003. – 288 с.
2. Джонсон Р. А. Сны. Воображение. Внутренняя работа / Р. А. Джонсон; пер. с англ. В. Мершавки. – М. : Независимая фирма «Класс», 2010. – 248 с.
3. Гусев И. Е. Все знаки и символы. Большая толковая энциклопедия символов / И. Е. Гусев. – Минск : Харвест, 2001. – 400 с.
4. Зеленский В. В. Базавый курс аналитической психологии, или Юнгианский бревиарий / В. В. Зеленский. – М. : «Когито-Центр», 2004. – 563 с.
5. Мэй Р., Калигор Л. Сновидения и символы / Р. Мэй, Л. Калигор. – М. : Издательство «Институт общегуманитарных исследований», 2010. – 360 с.
6. Плискин М. Толкование сновидений / М. Плискин; пер. с англ. Т. Жданова. – М. : ООО «Издательство АСТ», 2003. – 315 с.
7. Самуэлс Э. Юнг и постъюнгианцы. Курс юнгианского психоанализа / Э. Самуэлс; пер. с англ. – М. : ЧеРо, 1997. – 416 с.
8. Холл Д. А. Юнгианская интерпретация сновидений. Руководство / Д. А. Холл; пер. с англ. В. Мершавки. – М. : Независимая фирма «Класс», 2007. – 144 с.
9. Фрейд З. Введение в психоанализ. Лекции / З. Фрейд. – М. : Наука, 1989. –175 с.
10. Фрейд З. О сновидениях / З. Фрейд; пер. с нем. – Х. : Фолио, 2006. – 414 с.
11. Фрейд З. Толкование сновидений / З.Фрейд; пер. с нем. А. Боковикова – М. : Академический Прект, 2007. – 512 с.
12. Экзегетика снов. Европейские хроники сновидений. – М. : Изд-во «Эксмо», 2002. – 464 с.

Все статьи рубрики: CategoriesПсихотерапия и психологическое консультирование
Все статьи: Лисеная Алла Михайловна